«Мы золотую медаль потрогали, но не взяли». Итоги биатлона на Олимпиаде от тренера сборной

готов остаться, чтобы превзойти результат, показанный на Играх в Пекине.

«Мы золотую медаль потрогали, но не взяли»

Фото: GETTY IMAGES/РИА НОВОСТИGETTY IMAGES/РИА НОВОСТИ

Если бы какой-то провидец перед Олимпиадой-2022 в Пекине сказал, что у российских биатлонистов на Играх будет одно серебро и три бронзы, причём с медалями будут аж восемь спортсменов, наверное, многие бы не поверили – уж слишком пока нестабильна наша национальная сборная. Однако после того, что происходило на Олимпиаде, такой расклад по медалям воспринимался уже как определённая неудача. Могли добиться и большего.

Видео дня

Тренер мужской команды Юрий Каминский подвёл итоги выступления наших биатлонистов. Пожалел, что не настоял на психологической работе, рассказал, как поддержал Латыпова после злополучной эстафеты и заметил, что готов работать дальше, но только ради того, чтобы превзойти результат, показанный на Олимпиаде в Пекине.

– Что на этой Олимпиаде вызвало у вас самые яркие эмоции?

– Конечно, женская эстафета. Русские женщины в очередной раз доказали: когда захотят – коня на скаку остановят и в горящую избу войдут. Ну и гонка преследования, в которой Эдик Латыпов завоевал бронзовую награду.

Что касается всего остального, то в эстафетах мы не смогли до конца реализоваться – хоть в смешанной, хоть в мужской. Очень обидно.

– В спорте нет сослагательного наклонения, но если бы сейчас вернуться назад в период последней подводки к Олимпиаде, что бы поменяли?

– Сложный вопрос. Но мне было бы очень интересно, как сработал бы вариант со сбором на Семинском перевале. Всё-таки это особенное место, от той высоты лучше эффект, чем от других гор. По крайней мере, европейских. Из-за вспышки ковида в России мы туда не поехали. Пришлось методически перестраиваться, бежать этап в Антерсельве. У нас на Семинском была запланирована большая базовая стрелковая работа. Мы не смогли её воспроизвести. В функциональном плане смогли компенсировать потерю этого сбора, но в стрелковом недоработали однозначно. Наша группа – точно. Но такие форс-мажоры возникали не только у , у других команд тоже. Каждый искал какой-то выход.

– На самой Олимпиаде в плане распределения спортсменов по гонкам, по этапам в эстафетах всё было сделано правильно?

– Мы дали проявить себя всем ребятам. Считаю, что по гонках мы их правильно распределили. Другое дело, что не все оказались готовы к психоэмоциональному стрессу, который на Олимпиаде возникает всегда. Думаю, это немного повлияло на результаты, но условия были для всех равными.

– Вы сказали, что в функциональном плане смогли компенсировать потерю сбора на Семинском перевале. То есть в Пекине все вышли на пик формы?

– Выступил ли кто-то хуже, чем вы ожидали?

– Наверное, только Даниил Серохвостов. выставил для себя слишком высокие требования. Уверен, что он хотел уехать с Олимпиады с медалью, и это его немного придавило. Но мечты и реальность, как известно, немножко разные вещи. Из-за этого проблемы и возникают. Когда я говорил ребятам из своей группы, что такое Олимпиада, они не слишком внимательно прислушивались. Усугубилось всё ещё и тем, что тренера нет рядом.

– А вы жили не в Олимпийской деревне?

– Мы поселили туда Сергея Башкирова, который много организационных вопросов решал. Ну и хотелось, чтобы он помог нашему лидеру . Меня там не хватало. Вот тут у меня большие претензии к организаторам: наверное, тем людям, которые имеют непосредственное отношение к команде, нужно было дать возможность работать со спортсменами без ограничений. Рассчитывал на интернет, но он был нестабильным в нашей гостинице, а нужные приложения работали только в определённое время. Вечером вообще невозможно было работать. Мы за время пандемии выработали определённый вариант общения, рассчитывали на видеоконференции, но куда там! В общем, либо по телефону общались, либо мы приезжали туда на автобусе, если возникали срочные вопросы. Со спортсменами виделись в основном на тренировках и гонках.

– Плотного общения со спортсменами сильно не хватило?

– Не скажу, что сильно. Но эти вроде бы мелочи могут многое решить. Когда ты постоянно видишь спортсмена, то за день до старта уже по глазам видишь, как он пробежит гонку. И если видишь неуверенность, то можешь как-то поддержать. Например, в день масс-старта я посмотрел в глаза Эдика Латыпова и понял, что он не сможет справиться с гонкой. На приборе Симона проводили тестирование, которое показало, что у него накопилась большая психоэмоциональная усталость. Ну и предполагаю, что у него неуверенность после эстафеты появилась.

– Что вы ему сказали после эстафеты? В беседе с журналистами в микст-зоне вы пообещали, что либо ничего ему не скажете, либо поддержите.

– Конечно, поддержал. Я даже на награждение пошёл, хотя обычно стараюсь пропускать такие церемонии. Ну и я очень сильно был расстроен, боялся, как бы ребятам ещё больше негатива не добавить. Но решил пойти на награждение, сказал Эдику тёплые слова, постарался успокоить. Эту ситуацию всем нужно пережить.

– Всем было сложно в тот момент. И спортсменам, и тренерам, и болельщикам.

– Да, очень сложно. Всё решалось одним выстрелом, а могло быть совсем иначе… Но ничего теперь не сделаешь.

– Если бы до Олимпиады вам сказали, что у мужской команды по итогам будет три бронзы – как бы отреагировали?

– Назвал бы такой результат хорошим, но не выдающимся. Ведь я не знал деталей, в каком состоянии подводится к Играм Александр Логинов, от которого, признаюсь, мы все ждали медалей в личных гонках. Он очень порадовал тем, как провёл обе эстафеты, выглядел очень сильно. Благодаря ему в смешанной эстафете мы бронзу завоевали. К огромному сожалению, у Саши не получились личные гонки. Ну и что скрывать, мы и с ребятами это обсуждали – очень хотели побороться за золото в эстафете. И поборолись. Но не выиграли. Чтобы выигрывать, нужно, чтобы класс командный в целом был немножко повыше. С другой стороны, цена золота – всего один точный выстрел.

– Я у вас спрашивал ещё до смешанной эстафеты – будете ставить Латыпова на последние этапы в эстафетах? Вы ответили – он наш сильнейший финишёр.

– Он был в полном порядке и в смешанной эстафете, где справился с более сложными условиями в плане стрельбы, и в преследовании выглядел сильно. Кого я должен был поставить на последний этап?

– Не было сомнений по расстановке на эстафету?

– Были. Я даже Карима Халили спрашивал – какой этап готов бежать? Он ответил, что любой. У меня была шальная мысль поставить его на четвёртый этап. Рассматривал и Цветкова, ведь Максим отлично провёл последний этап эстафеты в Рупольдинге. Но они не были готовы морально. Тот же Цветков произнёс такую фразу, что он чувствует себя утомлённым и боится, что ему не хватит концентрации в эстафете. Смысл был таков, хотя именно Макса мы знаем как надёжного эстафетного бойца, который бьётся всегда. Наверное, на тот конкретный момент особого выбора у тренерского штаба не было.

Наш легендарный тренер Геннадий Михайлович Раменский, с которым мы общались после эстафеты, сказал: «Эдуард стрелял по медалям, а не по мишеням». В итоге настрелял на бронзу, да ещё и немец немного помог.

– Но, как ни крути, три гонки с участием Латыпова принесли бронзу. А вот Цветков дважды стал четвёртым с мизерным отставанием. Обидно?

– Ещё как! Максим очень ярко провёл и индивидуальную гонку, и спринт. В спринте он вообще сделал всё что мог, отстрелялся без промахов, а в индивидуалке от золота его отделил последний выстрел. Но его затрясло, отсюда и промах. Вообще, мне очень нравятся такие спортсмены, как Максим, которые способны сконцентрироваться и в нужный момент выдать результат. Он же выступил лучше, чем выступал на Кубке мира, и от этого ещё обиднее, что ему каких-то секунд не хватило до медали. Возможно, сказалось то, что в начале сезона он не пробился не только на Кубок мира, но и на Кубок IBU, и даже на Кубке России поначалу не был лучшим. Но выходил на каждую гонку как на последнюю, и где-то чуть-чуть его в решающие моменты Олимпиады не хватило.

– На этой Олимпиаде вы, старший тренер, допускали ошибки?

– Я вообще исхожу из того, что мы всегда делаем меньше, чем можем. И сейчас вижу, что именно можно было бы улучшить. Но задним умом мы все крепки. А решения принимаются здесь и сейчас. Но одно могу сказать точно про более ранний этап: мне нужно было быть более агрессивным в плане того, чтобы все спортсмены работали с психологом. Как только я пришёл в команду, то пытался организовать такую работу. Мы начали проводить тестирование, делать определённые упражнения, но дальше этого не пошло – спортсмены начали отторгать такое навязывание. А они сами должны понять необходимость работы с психологом. Мне это совершенно очевидно. Но тогда я решил отступить и сделать шаг назад. Может, и зря, и надо было навязать свои требования. Вот такие у нас сейчас спортсмены, они так воспитаны, не понимают ценности психологических моментов.

– Что в ближайшем будущем?

– Неделя отдыха по домам, а дальше этапы Кубка мира. Предвосхищая вопрос: поедут туда пятеро спортсменов, участвовавших в Олимпиаде, плюс . Но если у кого-то форма начнёт резко западать, проведём ротацию с командой, выступающей в Кубке IBU. В любом случае на последнем этапе Кубка мира у нас будет расширенная квота. Претенденты на участие – Василий Томшин, и . Хочется посмотреть на этих ребят с прицелом на будущее.

– Вы говорите как человек, который уже строит планы на следующий олимпийский цикл. Это действительно так?

– Проблема нашего биатлона в том, что к Олимпийским играм мы готовимся фактически один год. В моём случае подготовка шла два года. Но была такая ситуация, что нам просто необходимо было хорошее выступление на чемпионате мира. Если бы мы оказались без медалей, не факт, что я продолжил бы работу дальше. Так что прошлый сезон в плане подготовки к Олимпиаде получился половинчатый. Ещё и ковид вмешался.

Но к следующим Играм нужно начинать готовиться уже завтра. Уже сейчас необходимо составлять подробнейший план работы на четыре года. Понятно, что его придётся корректировать, но общая концепция будет видна. Самое правильное понимание того, что именно нужно сделать для победы, приходит сразу после турнира. Во всяком случае в ближайшие месяцы. Вот сейчас золотая медаль проплыла мимо нас, мы её потрогали, но не взяли. Конечно, мозги-то у меня шевелятся, как сделать, чтобы в следующий раз эту медаль не упустить.

– То есть вы готовы работать дальше?

– У меня есть определённый план, который я изложу людям, принимающим решения. Не я же решаю – работать дальше или нет. Но если я останусь, то не ради того, чтобы повторить результат Пекина. Мне бы хотелось создать команду, которая способна побеждать и на равных биться с лидерами мирового биатлона, Норвегией и Францией. Для этого нужно создать команде определённые условия.

Последние новости

Author: bookiesport

Добавить комментарий